Эксперты оценили потенциал частных инвестиций в электронику в ₽336 млрд

Для развития микроэлектроники в России нужно построить современную фабрику по производству чипов (необходимые инвестиции на это оцениваются в 1,5–2,5 трлн руб.), создать оборудование для нее (3–5 трлн руб.), произвести базовое сырье и новую элементную базу (по 10–15 млрд руб. на каждое направление). Кроме того, для развития отрасли необходимо поддерживать дизайн-центры и разработчиков интегральных схем, производителей оборудования (в зависимости от направления на это потребуется от нескольких до десятков миллиардов).

Для сравнения в 2023 году российские власти выделили из бюджета на развитие микроэлектроники около 147 млрд руб., а в 2024 году планировали выделить 210 млрд руб. В 2025–2027 годах сумма должна составить 175,3 млрд руб., сообщал Минфин.

Потенциал для частных инвестиций в отечественную микроэлектронику составляет 336 млрд руб., подсчитали в Kama Flow. Оценка основана на анализе более 150 инвестиционных запросов за 2020–2024 годы, данных более чем о 200 сделках международных компаний, собственных и сторонних экспертных оценках, пояснил представитель компании. Указанная сумма рассчитана с учетом необходимости инвестиций не менее чем в три лидирующих компании из каждого сегмента рынка в перспективе 5–6 лет. Как пояснил РБК Алексей Павлюченко, соавтор исследования и инвестменеджер Kama Flow, для подъема всей радиоэлектронной промышленности «должно быть несколько независимых игроков в каждом сегменте, чтобы в условиях конкуренции получить два-три технологических лидера в каждом направлении».

Одним из возможных решений для привлечения венчурного капитала и средств фондов частных инвестиций в микроэлектронику может стать создание «семьи фондов», объединенных единой стратегией инвестирования в отраслевые и смежные проекты, считают в Kama Flow. По этой модели, например, развивается китайский рынок микроэлектроники, где с 2014 года реализуется программа по созданию серии инвестфондов (Тhe Big Fund), ориентированных на развитие суверенной полупроводниковой промышленности. Общий объем трех созданных на текущий момент фондов превышает $100 млрд (10,2 трлн руб. по текущему курсу) — эти средства распределяют на фабрики, производителей оборудования, чипов и др. В качестве инвесторов выступают как крупные государственные и институциональные структуры (Минфин Китая, China Development Bank), так и корпорации (China Construction Bank, Agricultural Bank of China, Bank of China, Bank of Communications), рассказали в Kama Flow.

Павлюченко напомнил, что еще в 2024 году глава Nvidia Дженсен Хуанг говорил, что закон Мура (предсказывал, что количество транзисторов на кремниевом чипе будет удваиваться каждые два года) окончательно перестал работать — сейчас этот рост составляет несколько процентов каждый год. По этой причине, а также из-за сильного отставания России от лидирующих мировых производителей в Kama Flow предполагают, что для страны будет прагматичнее разрабатывать новые подходы к производству микроэлектроники, чем пытаться догонять мировых лидеров.

Что с российской микроэлектроникой

До 2022 года рынок электроники в России был «катастрофически зависим» от импорта — его доля достигала 82%. После начала специальной военной операции США и ряд других стран ввели санкции на высокотехнологичный импорт в Россию, в итоге ввоз современной микроэлектроники стал возможен только по схеме параллельного импорта, причем посредники рискуют сами попасть под санкции.

На данный момент в России существует массовое производство чипов с топологией 90 нанометров (нм) и выше, а также штучное — с 65 нм. Чем ниже топология (меньше нанометров), тем меньше чип потребляет энергии и показывает более высокую скорость работы. Для последних моделей популярных смартфонов чипы сейчас выполнены по топологии 4–5 нм. Российские власти планируют наладить массовое производство микросхем с топологией 65 нм к 2028 году.

Как прогнозировал Минпромторг, в 2024 году объем выпуска российской электронной продукции должен был вырасти на треть, до 3,5 трлн руб., а к 2030 году — до 6,3 трлн руб. (прогноз из стратегии развития радиоэлектронной отрасли, утвержденной в 2020 году). К этому времени Россия должна обеспечивать не менее 70% видов электроники за счет отечественной продукции. У Kama Flow более консервативная оценка: через 4–5 лет объем производства вырастет до 4,5–5 трлн руб. «Это связано с тем, что сейчас существенный объем рынка приходится на гособоронзаказ, который рано или поздно сократится», — объясняют в инвесткомпании.

В исследовании отмечается, что более половины отрасли находится под управлением госкорпораций «в условиях планового административного финансирования», им же прямо или опосредованно принадлежат все производственные мощности. Авторы работы считают, что необходимо одновременно расширять производственные мощности и выводить их из-под контроля госкомпаний, чтобы к ним могли получить доступ частный бизнес и стартапы. Сейчас технологическим компаниям в России трудно заказать производство опытных партий своей продукции, потому что производственные мощности «заняты на годы вперед реализацией задач госбезопасности». В то же время в Kama Flow признают, что в мире нет частных компаний, которые могли бы создать фабрики по производству чипов только на собственные средства без господдержки.

Кто может стать инвестором

По словам исполнительного директора ассоциации разработчиков и производителей электроники (АРПЭ) Ивана Покровского, общий объем инвестиций в электронику должен исчисляться триллионами рублей на следующие десять лет. Причем график инвестиций должен быть нарастающим по мере расширения компетенций и масштаба инвестиционных проектов, а не нисходящим, как в текущих планах правительства. «Тысячи проектов по разработке оборудования — это область частных инвестиций, где нужна такая настройка мер регулирования рынка, которая запустит и будет поддерживать расширение реинвестиций частных компаний. В свою очередь, основная область приложения государственных инвестиций — развитие полупроводниковых технологий, разработка доверенных микропроцессорных платформ, на которые будут опираться разработчики оборудования. Это всего несколько десятков проектов с большими объемами инвестиций в десятки-сотни миллиардов рублей», — рассуждает Покровский.

Сооснователь Dsight Арсений Даббах говорит, что в России сейчас мало фондов, которые готовы инвестировать, и тем более в микроэлектронику. «Специализированных инвесторов, кто готов инвестировать в микроэлектронику, практически нет. Государственные инвесторы, такие как «Росэлектроника», и частные, как GS Group, проявляют низкую активность. АФК «Система» и ее «дочка» «Ситроникс», которые ранее инвестировали в микроэлектронику, «Ангстрем» сейчас сосредоточены на решении внутренних проблем. Из широкопрофильных инвесторов есть несколько активных фондов, но они, скорее, будут инвестировать в прикладные проекты», — рассуждает Даббах. При этом инвестиционные чеки этих фондов варьируются от 50 млн до нескольких сотен миллионов рублей в зависимости от стадии проекта.

По словам Даббаха, микроэлектроника является капиталоемким сегментом, где производство чипов может стоить миллиарды долларов. «Учитывая сильную производственную базу и низкие издержки в Азии, строительство новых производств в России может оказаться нерентабельным. Кроме того, в стране не осталось сильных игроков, которые готовы были бы выступить лидером такого проекта и на базе которого возможно было бы запустить новое производство», — скептичен он. Частные фонды осторожны из-за высоких рисков и длительных сроков окупаемости, согласен технический директор «Яков и Партнеры Digital» Федор Чемашкин. В то же время, по его словам, примером привлечения частного капитала в отрасль можно косвенно назвать IPO крупнейшего российского производителя микроэлектроники ГК «Элемент». Весной 2024 года группа привлекла на СПБ Бирже 15 млрд руб., весь бизнес был оценен в 105 млрд руб.

Вице-президент производителя электроники GS Group Федор Боярков сомневается, что частный капитал сможет предоставить рынку микроэлектроники 336 млрд руб. «Проекты в микроэлектронике — это, как правило, большие и долгие деньги, к тому же сопряженные с риском неокупаемости. Какие-то разработки не принесут прибыли, но продвинут технологии вперед, поэтому интерес со стороны непрофильных компаний или сторонних частных фондов невелик», — объяснил Боярков. В то же время он оговорился, что большой объем инвестиций можно обеспечить за счет объединения усилий крупных игроков и государства. В «семью фондов», подобную китайскому Big Fund, с большой вероятностью могли бы войти венчурные фонды крупных компаний с госучастием, предположил вице-президент GS Group. Впрочем, по его информации, такие фонды сейчас не ориентированы на настолько дорогостоящие инвестиции. Первый вице-президент «Аквариуса» Дмитрий Титов считает, что инвесторами при поддержке государства в первую очередь должны быть российские производители электроники. «Также это могут быть крупные госкомпании и банки, капитал и доходы которых позволяют без риска для основного бизнеса вкладывать средства в долгосрочные проекты. При этом необходимым условием роста инвестиций в микроэлектронику, частично и полностью профинансированных за счет государства, является практическая реализация права на риск», — говорит Титов.

Представитель Минпромторга напомнил, что государство «выстроило экосистему мер поддержки для предприятий радиоэлектронной промышленности (субсидии, налоговые льготы, преференции в госзакупках и др.)». За последние три года предприятия электронной промышленности получили более 150 млрд руб. налоговых льгот, которые могут быть инвестированы в том числе в развитие микроэлектронных технологий, отметил он. В то же время в Минпромторге считают привлечение частных инвестиций важным условием динамичного развития отрасли. «Те предприятия, которые сейчас вкладывают свои средства в полупроводники, в долгосрочной перспективе окажутся в ощутимом выигрыше», — указал представитель Минпромторга.

Источник: https://www.rbc.ru/technology_and_media/17/01/2025/678537319a794768871138a5